vchernik (vchernik) wrote in 3geo,
vchernik
vchernik
3geo

Герберт Хан. О гении Европы. Финляндия. Земля становится родной от пения (продолжение)

(источник)

Герберт Хан. О гении Европы. Финляндия. Земля становится родной от пения. О деяниях и страданиях Вяйнямейнена (продолжение)

После различных приключений, о которых между тем рассказала «Калевала», Вяйнямейнен строит еще одну лодку. Волшебная сила его пения, должно быть, выросла, потому что мы не слышим, чтобы он употреблял топор или какой-либо иной инструмент: дно, борта, остов и приспособления для гребли на лодке искусно делаются под воздействием его слов. Только нос и корма не готовы, сколько он ни напрягается. И тут ему становится ясно, что при всем волшебном искусстве ему не хватает еще трех слов, при помощи которых только и можно завершить строительство лодки.

Он тут же начинает искать эти слова там и тут, но все напрасно. И понапрасну выдерживает он смелое и даже дерзкое испытание, вступив живым в царство мертвых Маналу. Там тоже нет этих трех слов. В конце концов его отправляют к могущественному «песенному богачу», к великану Антеро Випунену. Словно часть самой земли лежит распростертый могучий великан, на плечах его и на различных частях головы растут осина, береза, различные ивовые деревья, ольха, сосна и ель.

Вяйнямейнен вначале валит все эти деревья, а потом вставляет железный стержень в открытый рот Випунена. Великан просыпается от острой боли, кусает железный стержень, но проникает только его поверхность, не доходя до «сердца самого железа».

Вяйнямейнен то ли споткнулся, то ли был проглочен, и теперь он оказывается в животе у чудовища. Но Випунен, проглотивший уже многих и многое, узнает теперь вещь неслыханную: этот карлик в его теле единственный, которого он не может переварить. Он чувствует, что от Вяйнямейнена исходят жар и воздействия железа:

Мне до рта доходит уголь,
К языку мне жар подходит
Раскаленного железа!

Разгневанный, он пытается отделаться от того, кто в него вторгся, прибегая к заклинаниям всех земных стихий и разнообразных земных существ. Тут возникает та удивительная словесная конструкция, колонна из слов или словесная башня, которую мы представляли ранее, когда речь шла о самобытности финского языка.

Однако Вяйнямейнен не дает себя ни запугать, ни укротить. Непринужденно обращаясь из желудка великана, он заявляет, что еще сильнее разожжет пылающую кузницу внутри, если Випунен не сообщит ему все свои волшебные мудрости и тайные слова и заговоры.

Тут Антеро Випунен начинает петь. Слова «о вещей начале первом» исходят из его уст. Он поет, как говорится в руне, «о вещей происхожденьи», рассказывает о том, как по воле Творца был создан воздух, как из воздуха образовались вода, а потом из жидкости земная твердь, как были созданы солнце, луна, звезды и «столбы ветров». Днями и ночами поет могущественный великан, и солнце слушает его песню, луна почтительно стоит на месте, волны застыли в реках, озерах и морях, и даже Иордан остановился.

Внимательно запоминал все это Вяйнямейнен. Проворный, словно белка, выскакивает он изо рта могучего великана, и тот рад, что отделался от непрошеного гостя. Вяйнямейнен отправляется в путь домой. При встрече с Ильмариненом он признается ему, что «воспринял то, что скрыто, то постиг, что было тайной». И теперь, когда он мастерит лодку, нос и корма тотчас готовы, работа успешно завершается.

Здесь перед нами одна из наиболее интересных, но и одна из наиболее загадочных рун во всем эпосе, и если мы слышали все это, то появляется много вопросов. Вначале такой: а где же три слова, на поиски которых отправлялся Вяйнямейнен? То, что он их нашел, ясно по ходу повествования, ведь иначе нос и корма не были бы завершены. Но упоминается только о том, что певец слышал «тысячи заклинаний», «сотни слов», а про три слова ничего определенного больше не говорится.

Напрасными будут их поиски, если искать их в буквальном смысле. Чтобы хотя бы догадаться о них, нужно читать между строк, слышать то, что стоит выше и ниже произнесенных слов, замечать неуловимые моменты.

Приглядимся сначала к тому феномену, что Вяйнямейнен принимается внутрь Антеро Випунена, то есть проглатывается им. На языке старинных мистерий подобное поглощение одного существа другим, пусть даже в описании грубом и наглядном, всегда имело определенное значение. Оно означало единение, слияние в познании, вхождение и такое заглядывание в другого, которое называется словом «интуиция». Ведь при постижении образным воображением, при обретении вдохновения ищущий познания все же сущностно отделен от познаваемого объекта. А в интуиции он с ним поистине заодно. Только потом, вновь оторвавшись от объекта и отделившись от него, вновь вернувшись в уединение своего собственного существа, он может объективно понять плоды своего познания. О подобных слияниях речь идет и в Ветхом, и в Новом Завете. Мы находим их в Апокалипсисе от Иоанна, а особенно явно в Ветхом завете в истории с Ионой, который был проглочен китом и три дня пробыл у него в желудке. Однако и писатели нового времени вроде Гете знавали эти тайны. Он доказывает это, представляя в небесной сцене последнего акта своего «Фауста», как хор блаженных мальчиков принимается вовнутрь патера Серафикуса. Происходит это для того, чтобы дать мальчикам новые впечатления и новые знания. Принимающий в себя становится органом познания, высшим органом чувств для того, кто воспринят. Постигнутое в этом акте тем, кто был воспринят, называлось еще посвящением.

Так что можно сказать: Вяйнямейнен подводится Антеро Випуненом к интуитивному постижению определенных вещей, он посвящается в них. Но во что именно?

Говоря о той знаменитой словесной башне, мы уже увидели, как в заклинаниях великана, хотя поначалу и в гневном расположении духа, но равномерно медитируются элементы в виде различных наглядных образов. Випунен не просто переводчик этих элементов, он форменным образом воплощает их в себе. И воплощает он их в том состоянии, в котором они находятся с приходом на землю из высот макрокосмоса. Он сам по себе пример и картина того, как «из земли появились растения». Вспомним о том, что в начале руны говорится о растущих у него на голове и на плечах осинах, березах, ольхах и тому подобном. О том же, как из земли вышли растения, он вещает, когда начинает рассказывать о вещей происхожденьи. Это последнее звено в его ряду эволюции, ведь перед этим, как уже рассказывалось, он пел о том, как земля произошла от жидкости, жидкость от воздуха, а воздух был образован по воле творца.

Откровения Випунена превосходят те познания, которые были до того у Вяйнямейнена. И Вяйнямейнен, как мы видели, тоже пел о происхождении вещей. Но он рожден дочерью ветров. Дальше воздушной стихии его познания не простирались. Он не знал о том событии, что сам воздух выделился из всемогущего творца по его велению. И потому Випунен исходит в пении от космической силы еще большей, нежели сам Вяйнямейнен. Это великолепным образом проявляется, когда описывается воздействие его пения. Оно распространяется не только на земных созданий и сказочных существ, и даже не говорится о том, что оно их затронуло. Солнце, луна, и звезды захвачены им, и даже воды, движимые динамикой космоса.

При всей глубине и обширности познаний Антеро Випунена все же бросается в глаза, что он, желая дойти до «вещей начала первого», не говорит ничего об одной из стихий а именно об огне. Он остался сокрытым в чреве творца мира Юмаласа, когда тот выделил из себя воздух. И во всем ряду заклинаний огонь встречается у Випунена только три раза: один раз, когда говорится о его отражении, то есть не о его собственной сути; в другой раз огонь берется для сравнения и говорится о «огненном жаре» и «огненном жжении»; в третий раз характерным образом в связи со злой богиней Хийсой. При этом упоминается, что огонь исходит из пасти коня Хийсы.

Тем паче, что силами огня и железа Випунен подвергается пыткам со стороны Вяйнямейнена, который, как мы видели, посылает жар, который к языку подходит. Таким образом, великан между двух огней: между огнем, сокрытым в Юмале, и тем, что производит Вяйнямейнен. Правда, сам Вяйнямейнен на этой ступени своего развития еще не постиг высшую космическую силу огня. В руне о железе, рассказывая о происхождении стали, он больше в связи с земным процессом ковки определял огню промежуточное положение:

Воздух - мать всему на свете,
Старший брат - водой зовётся,
Младший брат воды - железо,
Средний брат - огонь горячий.

Однако то, что сам он задействует силы огня, – это символ тех молодых сил в мире, что действуют в процессе развития индивидуализма. Они противостоят тем отзвукам космических сил, при помощи которых Випунен одолел бы певца. Это они, собственно, и принуждают Антеро Випунена перейти от проклинающих заклятий к проясняющему пению. И так получается, что Вяйнямейнен, как только происходит акт посвящения, причастен к такому пению благодаря железной активности своего «я».

С одной стороны, Вяйнямейнен узнает теперь, как впервые появилась на земле жизнь, стихийные органические силы, действующие в растениях. Они рождены творческими деяниями Юмалы из трех стихий - воздуха, воды и земли. Воздух, вода и земля – это три слова, вышедших из самого божественного создателя. В движение же все сотворенное пришло потому, что Юмала отделил от себя воздух, живший в нем самом, то есть в результате акта самоотвержения, жертвы.

Метки: Европа, Финляндия, антропософия, национальная психология
Tags: О гении Европы, автор - Хан
Subscribe

Posts from This Сommunity “О гении Европы” Tag

promo 3geo october 20, 2014 22:39 42
Buy for 10 tokens
Оригинал взят у ptah57 в Забытый основатель русской геополитики Забытый основатель русской геополитики Одним из забытых политологов, пытающихся заложить эту новую науку в России еще в начале XIX века является А.Е. Вандам. Под странно звучащей европейской фамилией скрывается…
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments