vchernik (vchernik) wrote in 3geo,
vchernik
vchernik
3geo

Categories:

Герберт Хан. О гении Европы. Нидерланды. Душа молчаливая, любящая поговорить

(источник)

Если итальянцы и, может быть, и другие дети юга чувствуют прямо-таки угрозу своему существованию, если душе нельзя выразиться естественно и спонтанно, то все северные народы обнаруживают склонность к закрытию большей или меньшей части своей души. Умение молчать становится в зависимости от географической широты добродетелью, а в зависимости от исторической ситуации еще и силой и даже властью. Нидерландская история на ее важнейшем этапе не случайно делалась тем самым Вильгельмом Оранским, который получил почетный титул “De Zwijger” =  молчаливый. Голландца, вообще-то вовсе не скупого и сдержанного в речи, объединяет с некоторыми детьми скандинавского севера то, что он чувствует некоторую распущенность, если о глубоких движениях души говорят запросто. Подчас кажется, что этот сорт людей, столь прилежный во всех практических  делах, несколько стыдится иметь столь много души.

          И впрямь, психолог-лингвист поначалу спотыкается о явление, которого мы один раз уже коснулись. Мы  указывали на то, что в нидерландском языке нет соответствующего прилагательного для «душевный». И мы приводили ряд образных выражений, подскакивавших на замену. Вопрос в том, указывает ли и впрямь отсутствие слова на отсутствие предмета или неуловимого «чего-то»? В случае с материальными предметами такое предположение весьма обосновано. Если, например, в языке слово «хлеб» всплывает поздно, то можно предположить, что у соответствующего народа или племени перед эти были времена, когда еще не было известно о питании  продуктами из зерна в тех их видах, которые получаются в результате выпечки или поджарки.  То, что финский и эстонский языки переняли из шведского слово для обозначения изящной трости (используемой при ходьбе), видимо, указывает на то, что раньше при передвижении по земле либо вообще не пользовались никакими тростями, либо более грубыми, более необработанными палками, которые могли служить еще и оружием.

   Но так же ли и вещей духовных нет, если о них не говорят? Разве любой более глубокий жизненный опыт не учит нас обратному?  Чаще всего люди говорят о качествах, которых они не имеют. На это свойство, хотя и с дружеской улыбкой, обратил внимание еще большой знаток человеческой души Готтхольд Эфраим Лессинг в его «Минне фон Барнхельм». Нет, в духовной сфере отсутствие разговоров может прямо-таки свидетельствовать о «все-таки наличии», -  о «все-таки наличии», но желании скрыть.

Если голландец лишь изредка говорит о душе и совсем не говорит о душевном, то в языковой жизни нидерландцев есть одно явление, которое мягко говорит о том, сколь часто и насколько охотно он смотрит на вещи с душевной точки зрения: sub quaedam animae specie – перефразируя изречение Спинозы, великого философа и соотечественника голландцев. Но это не  та, по крайней мере не только та чувствительная часть души, выглядывающая в мир, это часть души слегка взвешивающая и выносящая суждение, ощупывающая все критическим рассудком.

   Что можно наблюдать посреди голландской жизни не только изо дня в день, но чуть ли не ежечасно, это события следующего рода. Мы, например, одолжили знакомому книгу, которая ценна, но из-за ее старинного стиля нелегко читаема. И потому мы опасаемся, что соответствующий знакомый – наш юный друг – чтением много заниматься не будет. Поэтому мы обратили его внимание на трудности, но потом все же книгу дали, потому что он настоял на том, что ее прочитает. И вот в один прекрасный день юный друг приходит и с веселым лицом возвращает книгу. В переводе на немецкий он говорит: “es ist mir doch sehr mitgefallen”- «она все-таки  и  мне очень даже упала». Другой рассказывает, что вот основательно занялся изучением английского языка. Тем, что нужно в повседневной речи, он и так уже давно владеет. Теперь дело за тем, чтобы постичь и тонкие своеобразные обороты соседнего языка, так называемые идиоматические выражения. «И знаете, - говорит он после паузы, - это вместе совсем не падает». Здесь мы вновь буквально перевели нидерландскую форму выражения мыслей на немецкий язык.

   Третий, не очень-то сведущий в искусстве человек, совершил поездку в Италию. Мы с интересом спрашиваем, как ему там понравилось. «Ах, - говорит он вздыхая, - страна и люди прекрасные и интересные, но посещения всех этих музеев и церквей упали мне против».

   Наконец, представим себе: в определенный круг ввели элегантного молодого человека, который пользуется славой прямо-таки блестящего собеседника. Прежде всего, неисчерпаем его запас остроумных историй и анекдотов. Привлекательная, но немного молчаливая студентка, слушавшая эти фейерверки несколько вечеров, вдруг шепчет своей соседке на ухо: «Со временем он все-таки падает против» - “Op den duur valt hij toch tegen”. Ездивший в Италию сказал, что избыток церквей и музеев ему “tegen gevallen”. Изучавший английский язык, глядя на все новые трудности, выразился так: “en dat valt helemaal niet mee”, а молодой человек, прогрызший книгу, сказал: “het is mij toch erg meegevallen”.

   Все приведенные здесь примеры настолько прозрачны в их истинном значении, что на их педантичном переводе мы можем сэкономить. Они говорят сами за себя, будучи у нас перед глазами. Но если приехать в Голландию на более долгое время и начать все больше и больше «вслушиваться» в язык, оставив в стороне книги, то все же поначалу удивишься. Из катящейся мимо ушей беглой и потому не всегда  понятной речи все время выделяются эти «падать». Слегка покачивая головой, спрашиваешь сам себя, что же это такое тут все время «падает»?

   В час, когда наконец-то можно спокойно закрыться в одиночестве, на ум приходят слова Гете:

           Die strenge Grenze doch umgeht gefallig
          Ein Wandelndes, das mit und um uns wandelt,
          Nicht einsam bleibst du, bildest dich gesellig
          Und handelst wohl, so wie ein andrer handelt.
          Im Leben ist’s bald hin-bald widerfallig,
          Es ist ein Tand und wird so durchgetandelt…

           Предел конечный плавно ограждает
          Дух перемен, что видим мы друг в друге.
          И ты из тех, кто людям подражает,
          Ведешь себя, как принято в округе.
          Рок, выпав к нам, иль против,  понуждает
          Нас в мишуре брести  в суетном круге…  (35)  
                                     
Думаешь, вспоминаешь: это слова из великолепного стихотворения, которое Гете назвал «Первоглаголы – Учение орфиков».  Они во второй строфе, которой поэт дал заголовок “Tyche” – «Случай».

                      Рок, выпав к нам, иль против, понуждает..
             
Вот оно, - думаешь ты. Слова поэта не совсем совпадают с тем, что встало вопросом за нидерландскими словами “meevallen” и “tegevallen”. Но, как и все настоящее и жизненное, это дает толчок и выводит на правильный путь.

   И в немецком языке есть связки с глаголом fallen – падать, выражающие то симпатию, то антипатию к окружающему. Слово “gefallen” – «нравиться» -  говорится, когда наблюдатель занимает по отношению к объекту позицию утвердительную, теплую. При этом в приставке “ge” дано связующее, общее, то есть что-то такое, что очень даже соответствует нидерландским “mede” или “mee”. Словом “misfallen” –  “не нравиться» немец отворачивается от объекта в отрицании, будучи холоден и неудовлетворен. Интересно при этом понаблюдать, как часто в ситуациях немецкой жизни, как и повсюду, проступает сама эта неудовлетворенность, но само слово слышится редко. “Gefallen” встречается почаще, но оно любит одеваться по обстановке момента в разные заменяющие выражения. Но слова “gefallen” и “missfallen” ни в коем случае не встречаются в немецком языке так же часто, как “meevallen” и “tegevallen” в нидерландском.

   Но вправе ли мы вообще сопоставлять эти пары? В них обоих безусловно играют роль неутомимо нарастающие и спадающие симпатии и антипатии, которые поддерживают жизнь человеческой души в ее самых древних глубинах. Но если голландец говорит “dat is mij meegevallen”,  то он хочет выразить не только отношение симпатии или антипатии в данный момент, не только утверждение или отрицание здесь и сейчас. В его mee- или tegenvallen явно чувствуется и еще один элемент. В принципе он говорит о том, что он приятно или неприятно обманулся – так бы мы это выразили более обстоятельно.

   Но, чтобы так или иначе обмануться, нужно было чего-то ожидать. И так оно, кажется, и есть. Голландец инвестирует свои ожидания повсюду в окружающий мир. Он делает это по определенным, запертым в его душе соображениям. Поскольку эти соображения отрабатываются тщательно, он еще и хорошо знает, где он инвестировать не будет или где его прогнозы неблагоприятные. Можно бы сказать, что он смотрит сам на себя как на кредитора только еще реализуемой действительности, он  дает ссуду той или иной возможности. И живет, внимательно наблюдая, в постоянном душевном напряжении. То, что потом на деле происходит в реализованной действительности, в нем  достаточно часто отзывается совершенно личностным, даже субъективным эхом. Так что и оценивающие функции души в нем постоянно бодрствуют, постоянно действуют. Он не много говорит о душе, но принимает заметное и весьма сильное участие в том, что его окружает, что вокруг него происходит.

   В оценивающих функциях души, о которых только что шла речь, чувственное сливается с понятийным. Такое слияние характерно не только для внутренней стороны нидерландской жизни. Отпечаток его носит на себе в особенности все то, что зримо проявилось в культурных кругах Голландии в качестве выражения души. Этот же отпечаток узнается во многом, что бывало и что есть во фламандском мире. У нас еще будет возможность вспомнить о нем.

   Но разве все эти mee- и tegenvallen не напоминают нам и с еще одной стороны, что мы целиком и полностью в нидерландском мире? Мы говорили об аспекте плоскости, двухмерности, которые необходимым образом связаны со взглядом на мир у художника. Падать с людьми или против них – такое опять же заставляет пригрезиться широкой плоскости, по которой движутся люди и другие существа. Может быть, это плоскость сцены бесконечно большого всемирного театра? И будет ли тогда слишком смелым говорить о двухмерности еще и в мире моральных образов у нидерландцев?

Примечания переводчика: 35. Любителям Гете в России может быть более известен поэтический перевод этого текста С. Аверинцевым (Гете И.В. Собрание сочинений. Том 1. М., «Художественная литература», 1975 – «Первоглаголы» – «Учение орфиков» – «Случай»):
                      Все разомкнет, со всякой гранью сладит
                      Стихия перемен, без долгих споров
                      Упрямую своеобычность сгладит, -
                      И ты к другим приноровляешь норов.
                      Так жизнь тебя приманит и привадит –
                      Весь этот вздор не стоит разговоров…
Необходимость представленного в книге нового перевода вызвана логикой рассуждений Герберта Хана, которая основывается непосредственно на тексте самого подлинника.
Tags: О гении Европы, автор - Хан
Subscribe

promo 3geo october 20, 2014 22:39 42
Buy for 10 tokens
Оригинал взят у ptah57 в Забытый основатель русской геополитики Забытый основатель русской геополитики Одним из забытых политологов, пытающихся заложить эту новую науку в России еще в начале XIX века является А.Е. Вандам. Под странно звучащей европейской фамилией скрывается…
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments