vchernik (vchernik) wrote in 3geo,
vchernik
vchernik
3geo

Categories:

Герберт Хан. О гении Европы. Нидерланды. Eventjes er op uit... (окончание).

(источник)

Герберт Хан. О гении Европы. Нидерланды. Eventjes er op uit – поглядев по сторонам (окончание).

Поскольку у нас самих на сегодня больше обязательных дел нет, и мы всего лишь “eventijes er op uit” – «вышли поглядеть», то мы после нескольких еще покупок и собственной чашки кофе уезжаем из города и едем на набережную. Каждый раз вид моря поначалу заставляет забыть все, связанное со временем и местом. Мы быстро оставляем позади отели, похожие на нагромождение огромных ящиков, проходим мимо отгороженного места для купания с его тентами и плетеными креслами и отыскиваем на побережье место для свободной прогулки. Чистое небо отбрасывает и на море приятно растягивающуюся голубизну, которая совершенно расслабляет душу. Безупречная белизна побережья, ритмично подступающие и отступающие волны, пояс дюн справа, напоминающий о походах в мир своеобразной флоры, - все это освежает чувства и отключает часы. Лишь поколебавшись, мы возвращаемся к той жизни на берегу, в которой господствует человек, а еще больше масса людей. И все-таки и здесь четко проявляется типично нидерландское вопреки косметике, китчу и суматохе международного купального курорта. Мы видим, что среди нескольких посетителей набережной, одетых по-городскому, сидят две женщины-рыбачки в их одеяниях, похожих на платья. Их безупречно белые чепчики поддерживаются золотыми застежками. Они их носят, и ведут себя здесь совершенно естественно в противоположность фольклерным моделям, организованным для публики во многих местах. Они здесь, видимо, после напряженной работы предаются той приятной деятельности, которую нидерландец называет “uitblasen” = сдуть воздух. Это не итальянское “dolce far niente”. На лицах можно прочесть серьезность и некоторую жесткость. Мы немного вспоминаем о рыбаках в португальском Назаре. Но веселье и какой-то широкий юмор, кажется, здесь поближе. Об этом нам говорит небольшая группа рыбаков, которые расположились на парапете и только что вынули изо рта свои трубки, чтобы от всего сердца посмеяться. И на них одежда выглядит настоящей, пропитанной их профессией – проверенной поколениями и естественной.

Немного нарочито могла все-таки выглядеть та женщина, которая – опять же ближе в громадам отелей – въехала со своей повозкой с сельдью в пеструю толпу. Ее окружила толпа людей, отчасти тех, что в брожении туда-сюда захотели купить сельди, а отчасти из таких, кто придвинулся только посмотреть, как сельдь готовят и едят. И тут действительно есть что посмотреть. Рыбачка вспарывает и разделывает сельдь так, что ее проворности и ловкости мог бы позавидовать даже знаменитый современный хирург. В ее приемах тоже искусство поколений. Видно, как вкусно приготовленный продукт почти автоматически исчезает во ртах у покупателей, замечаешь выражение глаз у едящих – и перед нами внезапно картина из совсем иных регионов. Вспоминаются не столько восточные пожиратели огня, сколько веселые бедняки в Неаполе, запускающие в себя свои метровые макароны. Наслаждение пищей здесь на набережной, правда, более краткое, более отрывистое. Но оно так же представляет Нидерланды в миниатюре, как глотание макарон волшебным образом вызывает облик малой Италии. Мы здесь видим по-настоящему жанровую картину, и может быть, поэтому у нас вначале появлялось впечатление нарочитости. Но чем больше мы смотрим, тем больше все это нам кажется вполне естественным, вполне относящимся к стране.

Не веря своим глазам, мы через несколько минут дальнейшей прогулки видим перед тачкой мороженщика несколько тех же молодых людей, которые занимались у лотка с сельдью. Очевидно, к первому удовольствию они, не долго думая, прибавляют и второе. Испытание на прочность нидерландского организма? Или все-таки на прочность молодости?

В пестрой кулинарной смеси, которой здесь, как и везде, обложена вся набережная, выделяются еще три народных мотива. Прежде всего, это летучие пекарни, в которых испекаются и тут же на месте съедаются лакомые “pofferties” - сорт небольших блинчиков, которые в топленом масле почти тают на языке. Кто более склонен в своих вкусах к соленому, до самого позднего вечера может найти имеющиеся во всех ресторанах, во всех лавках и автоматах “kroketjes” и получить “hartversterkimgetje” – небольшой «сердечный импульс». Это маленькие поджаристые кружочки, состоящие из мягкой массы картофельного теста, запеченного мяса и некоторых ингредиентов. Название их, кажется, указывает на происхождение из романских областей. Явно родом из Франции продаваемые в последнее время в бумажных мешочках “pommes frittes”. Мы могли бы о них и не упоминать, если бы они из-за обильного добавления майонеза не получили типично нидерландский вид. От потребителей, желающих насладиться еще и этой приправой, потребуется, конечно, определенная виртуозность в обращении со своим пакетиком.

В созерцании этих и им подобных небольших закусок и яств, которые вдвойне по вкусу возвращающимся с купания, в прогулке среди этого сердечного и дружелюбного народа у нас у самих разыгрался аппетит. Мы решаемся зайти в один из находящихся здесь же индонезийских ресторанов. Может быть, он называется “Waroeng Djava”. Дальневосточный мир, о котором мы уже догадывались по некоторым углам в «зиткамер», здесь проявляется вполне. Какая-то бархатная, отгораживающая ото всего тишина окружает нас сразу же, как только мы вошли. Тяжесть нашей повседневности, а также и ее здравомыслие улетучились. К обстановке, кажется, относятся еще и легкость, с которой передвигает ноги обслуживающий персонал, а также замершая сразу же при зарождении улыбка, играющая у глаз и у губ этих сынов и дочерей востока. Жесты, с которыми у столика принимается заказ, более заметная улыбка, которая обращает наше внимание на невозможность сочетания тех или иных блюд, почти неслышная доставка закусок, - во всем этом есть что-то детское, естественное, веселое. Так происходит в тени под сильными, заполнившими все лучами солнца, и так же это происходит в пасмурные, менее приветливые дни.

Индийские, китайские и им подобные рестораны появились почти во всех больших европейских городах c развитием современных всемирных связей. И для людей, которые много ездить не могут, они означают связь, означают взгляд на далекий и все же как-то относящийся и к ним мир. И все же это только островки мечты в бушующем море материальной западной жизни. Но не так в Нидерландах. Здесь индонезийские рестораны и кафе попросту относятся к укладу жизни в связи с разными обстоятельствами. Они отпечатавшийся в родной жизни оттиск той исторической эпохи, которая имела положительное значение не только для Нидерландов, но и для всего мира. Но они и еще кое-что, и больше того. Для многих голландцев, живших в Индонезии или даже родившихся там, они означают приближение мира, ставшего родным. А случайно ли голландец чувствовал себя как на родине там, на Дальнем Востоке? Если он, с одной стороны, в душе прагматичен, если он любит все практическое, что надо непосредственно взять и осуществить, то, с другой стороны, он носит в себе ребенка, мечтающего о безмерных просторах, причем мечты его далеко еще не осуществлены. Этот ребенок чувствует себя в индонезийском мире хорошо. И если на больших переломах двадцатого столетия внешние отношения под волшебной палочкой духа времени изменились и продолжают изменяться, то неуловимое духовное родство и духовные контакты продолжают витать в воздухе и звучать. Тонкая черта далекой восточной духовности витает над нидерландско-голландской жизнью. И если далекий юго-восток стал для нидерландца родным, то с другой стороны Нидерланды стали такими же для многих сынов и дочерей экзотических регионов мира.

Но вот подана “rijsttafel” - множество маленьких тарелочек и целая батарея приправ к курице с рисом. Будем особенно осторожны с пряными пастами, с этими “sambals”. Они не больше и не меньше как заколдованный в стакане с приправами огонь. Периодически официанты обращают на это внимание новичков. Горе неосторожному, не внявшему предупреждениям и положившему целую порцию на кончике ножа “sambal brandal” на кусок, который пошел в рот. В зависимости от склада и темперамента он будет сидеть, ловя дыхание, будто и впрямь ему в рот попал адский огонь, либо же подпрыгнет и будет в отчаянии метаться. Редко встретятся герои, которые останутся тихо сидеть с улыбкой и предательскими слезами на глазах. А прежде всего горе несведущему, который быстро добавит стакан воды: его мучения тогда удвоятся и даже утроятся.

Не следует, однако, думать, что вся “rijsttafel” состоит только из драматических элементов такого рода. Есть и блюда бальзамно-ароматические вроде “pisang goreng”, вареный банан с превосходным желто-коричневым выжатым фруктовым сахаром; есть чарующий легкий розовый напиток. И есть, конечно, много другого, что мало о чем скажет, будучи перечислено на словах.

В нужной дозе “rijsttafel” насыщает нас, нисколько не обременяя. Мы чувствуем себя в лучшем смысле прогретыми, прожжеными огнем, внутренне обработанными. Кто поживет в стране подольше, тот поймет, почему так много голландцев раз в неделю посещают “waroeng” или же заказывают “rijsttafel” на дом. Тем самым устраивают себе внутреннюю сауну, без которой в этом вегетативном климате речной дельты не обойтись. Силам, которые прямо-таки хотят вырвать тебя в природу, что-то противопоставляется, и в результате находишь самого себя и закрепляешься в себе. Так благотворное “rijsttafel” становится в ряд с многочисленными кофе, чаями, какао и шоколадами.

Покидая “waroeng”, мы замечаем, что набережная окуталась в тот самый магический свет, покрылась теми же самыми чарующими световыми эффектами, о которых мы уже рассказывали. Долго мы не можем оторваться от этого вида. Потом мы решаем не ехать домой, а пойти пешком вдоль храхта – уличного канала - по не совсем короткой дороге. Чувствуется, что храхт мечтает в ночи, и мы тоже мечтаем, идя вдоль него, о всех видениях этого дня.

На мосту стоит повозка, зажженные огни которой уже давно светят нам навстречу. Мы подходим ближе и видим, что это машина работающего допоздна продавца сельди. На борту симпатичного народного транспортного средства большими буквами написано “de gesonde apoteek”. Машина с сельдью в качестве «аптеки для здоровья». Можно ли лучше повстречаться с Голландией, чем в день, когда ты был “eventjes er op uit”?

И еще много раз надо быть “er op uit”, и еще много ценных впечатлений можно получить о том, как этот народ Нидерландов проявляет свое естество, когда это получается естественно. Трогательно смотрится, когда люди, у которых рационалистические предки в восьмидесятых годах прошлого века хотели отменить сказки из-за их непедагогичности, уже в двадцатом столетии полностью переносятся в настоящее и серьезное сказочное настроение, когда при открытии Генеральных Штатов едет золотая карета. Ставшее притчей оранское солнце – het oranje zonnetje - сияет над осенней красочной листвой деревьев, оранжевые жалюзи домов соревнуются между собой в блеске, и золото кареты, кажется, передается всему миру. А прежде всего сердцам тысяч и тысяч больших и маленьких детей Нидерландов. Буквально слышно, как стучат их сердца, когда подъезжает “gouden koets”.

Нет, не в меру разумные рационалисты 80-х годов девятнадцатого века “tachtigers” постыдно недооценивали множество иррациональных и в особенности дионических сил в своем народе. И в других случаях, когда душа народа наполняется радостью, можно опять же увидеть, как эти обычно столь старательные и практичные, столь рассудительные и здравомыслящие люди внезапно дают себя увлечь гению этого часа. Они берут друг друга под руки и необозримыми массами и рядами начинают раскачиваться, встают и садятся с криками и песнями и полностью отдаются детскому веселью того движения, которое они называют “hossen”. Но это “hossen” возникает не от каких-то карнавальных мероприятий, как можно было бы подумать. Пьянящая стихия приходит не извне, вино Диониса у людей в крови. И если, согласно известному изречению, юность есть «опьянение без вина», то этот народ, несмотря на его солидную историю, следует все еще считать весьма юным.

Метки: Европа, Нидерланды, антропософия, национальная психология
Tags: О гении Европы, автор - Хан
Subscribe

promo 3geo october 20, 2014 22:39 42
Buy for 10 tokens
Оригинал взят у ptah57 в Забытый основатель русской геополитики Забытый основатель русской геополитики Одним из забытых политологов, пытающихся заложить эту новую науку в России еще в начале XIX века является А.Е. Вандам. Под странно звучащей европейской фамилией скрывается…
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments