vchernik (vchernik) wrote in 3geo,
vchernik
vchernik
3geo

Categories:

Герберт Хан. О гении Европы. Англия. Как будто дерево говорит со стихиями... (начало)

(источник)

Герберт Хан. О гении Европы. Англия. Как будто дерево говорит со стихиями. Наблюдения за звуками и словами (начало)


Дороги судьбы у каждого народа тесно связаны с историей и с сущностью его языка. Эта истина, которой мы нашли уже столь много подтверждений, имеет особенно важное значение для народа англосаксов. Многое из того, что мы должны будем далее сказать о стране и о людях, останется подвешенным в воздухе, если не остановиться сначала на некоторых характерных явлениях языка. Из широко известного мы выберем лишь немногое, как бы для освежения памяти.

   Уже предыдущая часть, в которой мы предприняли небольшую экскурсию по английскому ландшафту, могла обратить наше внимание на основной феномен английского языка – на наличие в нем как бы двух слоев. В зависимости от точки зрения можно было бы говорить о двух слоях одного над другим или рядом друг с другом: одного спокойного или мечтательно-сонного и другого, бодрствующего и активного. У говорящего на английском языке как на родном они тотчас же проявляются. По своей телесной конституции говорящий по-английски никоим образом не движим эмоциями или другими средствами выражения, как это имеет место, например, у итальянца, испанца, румына, а иногда и у русского. Спокойствие частей его тела распространяется и на часть головы с подбородком и нижней челюстью. Последние кажутся как бы слегка напряженными, представляющими собой точку опоры.

   Если вспомнить об основополагающей мысли Рудольфа Штейнера, что части человеческого организма являются телесными носителями жизни волевой сферы, то можно говорить о волевом акте, пришедшем в состояние покоя. При ближайшем рассмотрении он оказывается не столько результатом усилий одного человека. В качестве когда-то и где-то совершенного всем народом это даруется английскому дитя уже в колыбели. И исходя от этой напряженной точки опоры, появляется, развивается,  расслаивается язык, формируются отдельные звуки и слова. Они почти никогда не заходят в сферу мечтательную, чувственно колеблющуюся, как мы это наблюдали у француза с его ритмическими повторами. Они кажутся больше выброшенными вовне в волевом порыве, с усилием воли – яркие, точные, лишенные всего лишнего; в экстремальном своем проявлении они  подобны тому, как мы что-то крикнули бы в снежную бурю или на корабле во время шторма. Мы воспринимаем такие слова принесенными нам не столько из головы, сколько из самой сути данной личности. Из человека, выдающего что-то из всей своей натуры и при этом ни в малейшей степени не раздающего самого себя. А среди того, что трезво и четко вынесено наружу, заложены более глубокие слои, нетронутые и поначалу неприкасаемые. Нередко при этом вновь вспоминается об отдельно стоящем дереве, у которого ветви и листья ведут оживленную дискуссию со стихиями, а ствол и корни, воткнувшиеся в земное царство, остаются неколебимыми.

   Этим языком, столь сильно устремленным в мир физический, энергично схватывается все физическое, конкретное, предметное. Но если в этот мир прорывается и сдерживаемая сфера чувств, то она обнаруживает весьма характерный феномен. Она почти всегда выступает в виде меланхолии, то выражая себя неприкрыто, то в виде мелькнувшей тени. Как и следует ожидать, это явление особенно часто встречается в лирической поэзии. Меланхолия проявляется у одного человека и у целых групп повсюду, где более сильное чувство натыкается на отверделость чего-то физического. Тут сразу же появляется ощущение стен темницы, тюрьмы, из которой хочется освободиться.

   Еще одну характерную черту речевой манеры англичан (и одновременно последнюю, которой мы ограничимся в этом вступлении) можно усмотреть в одном небольшом случае. Один именитый голландский оратор в ходе большого заседания в Лондоне выступал с докладом на английском языке. После своего выступления, блестящего по форме и по содержанию, он спросил у своего английского друга, много ли им сделано ошибок. «Нет…собственно…ни одной» - прозвучал хвалебный и в то же время явно сдержанный ответ. «И все же…», - стал дальше спрашивать голландец, заметивший, что какое-то облачко на ясном небе все же было. «Ну, только все было сказано слишком выразительно», - был ответ.

   Может быть, мы, все прочие с континента, станем здесь протестовать и воскликнем: но разве выразительно говорить и выступать – не достоинство?! Сын острова Британия ответит нам спокойно и уверенно: «Нет!» Он знает, что в немецкой речи слишком много души, слишком много того слоя, который должен покоиться в себе самом. И потом: разве выразительное слово звучит не как что-то, что сказано при затишье ветра? Однако как же можно полагать, что ты в Англии, если вечного завывания ветра не слышно?

   Но давайте просто посмотрим и послушаем немногое из языка. Поначалу мы берем строфу из шекспировской пьесы “As you like it” – «Как вам это понравится».
 
      Under the greenwood tree,
     Who loves to lie with me,
     And tune his merry note
     Unto the aweet bird’s throat,
     Come hither, come hitherm come hither;
     Here scall he see
     No enemy
     But winter and rough weather.

    Далее следует стихотворение Перси Б.Шелли о луне:

       Art thou pale for weariness
      Of climbing heaven, and gazing on the earth,
      Wandering companionless
       Among the stars that have a different birth,-
       And ever-changing, like a joyless eye
       That finds no object worth its constancy?

    И в заключение миниатюра американца Роберта Фроста.

                       The way a crow
                      Shook down on me
                      The dust of snow
                      From a hemlock tree –
                                  Has given my heart
                      A change of mood
                      And saved some part
                      Of a day I have rued.

Попытаемся сделать приблизительный свободный перевод.


                        Под свежею листвой
                        Кто рад лежать со мной,
                        Кто с птичьим хором в лад
                        Слить звонко песни рад, -
                        К вам просим, к нам просим, к нам просим.
                        В лесной тени
                        Враги одни -
                        Зима, ненастье, осень. (39)

.
                  Скиталица небес, печальная луна,
                  Как скорбно с высоты на землю ты глядишь!
                  Не потому ли ты бледна,
                  Не потому ли ты грустишь,
                  Что между ярких звезд свершать свой путь должна
                  Всегда, везде – одна,
                  Не зная, на кого лучистый взор склонить,
                  Не зная ничего, что можно полюбить!  (40)



                                Ворона в небо
                           С ветвей взлетела
                           И в хлопья снега
                           Меня одела.

                           И полегчало
                           Мне под лавиной -
                           Не все пропало,
                           А половина!  (41)

Примечания переводчика:
39. Перевод Т. Л. Щепкиной-Куперник, Москва, «Художественная литература», редакция 1937 года.
40. Перевод К.Бальмонта. Москва. Детгиз, 1962.
41. Перевод В. Топорова. Ленинград. «Художественная литература. 1973.
Tags: О гении Европы, автор - Хан
Subscribe

promo 3geo october 20, 2014 22:39 42
Buy for 10 tokens
Оригинал взят у ptah57 в Забытый основатель русской геополитики Забытый основатель русской геополитики Одним из забытых политологов, пытающихся заложить эту новую науку в России еще в начале XIX века является А.Е. Вандам. Под странно звучащей европейской фамилией скрывается…
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments