vchernik (vchernik) wrote in 3geo,
vchernik
vchernik
3geo

Category:

Герберт Хан. О гении Европы. Норвегия. Вопросы к эпохе от одного из создателей народа (продолжение)

(источник)

Герберт Хан. О гении Европы. Норвегия. Вопросы к эпохе от одного из создателей народа: Бранд, Пер Гюнт или Рубек? (продолжение)

В его писательской фантазии начинает вырисовываться образ Бранда – человека, знающего все или ничего, опьяненного и в конце концов раздавленного собственной волей. И мы видим серьезного и стремящегося к высокому священника Бранда, который с благородным энтузиазмом начинает борьбу против повсеместно встречающегося в жизни «тройственного союза» между легкомыслием, глупостью и безумием. Но потом мы видим и другого Бранда, который в угоду высоко поставленному им волевому идеалу разрывает нежнейшие человеческие узы и жертвует душевным покоем матери, здоровьем своего ребенка и в конце концов жизнью спутницы свой жизни. Сам перед собой он на каждом из этих этапов все чище и все более последователен, но по-человечески он с каждой ступенью теряет безмерно.

В его поисках и стремлениях к волевому “quantum satis” (78) у него дважды появляется возможность заглянуть в особенно чистое зеркало. От увиденной картины он должен был бы содрогнуться, если бы вообще мог ее видеть. Но в том-то и трагедия, что видеть он не может.

        Умирающей матери он вопреки ее настойчивым просьбам отказывает в религиозном обряде, потому что она не завещала все свое имущество бедным.

          Человека, пришедшего к нему от матери, он встречает жесткими словами:

          Напрасны стоны и мученья –
          Не даст священник причащенья

          Но незадолго до этого ему пришлось услышать правдивые и горькие слова от врача:

          Да, твоей воли quantum satis
          Реестр обширен, видно всем;
          Но, пастор, в conto caritatis (79)
          Странички девственны совсем

В другой раз предостерегающее зеркало поднесено ему спутницей его жизни Агнесой, от которой он в железном соответствии со строгостью закона требует пожертвовать всем субъективным естеством ее души. Она вдруг начинает видеть судьбу и восклицает:

         Увидевший Иегову – умрет.

Во всем этом едва ли не больше ужаса, чем трагизма, когда Бранд безучастно взирает на требуемые им жертвы. Но Ибсен дает нам глубоко почувствовать, что одинокий титан-богоборец, каким он нам представлен, в глубине души страдает от того, что требует от него же его пламенная воля. Потрясают слова, произносимые им в конце четвертого акта, «с прижатыми к груди руками», как выражается писатель:

         Останься, сердце, верным высшему судье!
          Отказ – победа, так дано в судьбе.
          Лишь то, что потерял, ты снова обретешь,
          А вечно только то, что мертвым ты найдешь!

Драматическое произведение завершается полным крахом того, в чем Бранд усматривал дело своей жизни. Ему, считавшему, что он обратил свою общину во что-то более высокое, приходится узнать, как примитивные материальные интересы шествуют поверх всяческих идеалов. А когда он хочет донести эту истину до тех, кто доверил ему свои души, его избивают и изгоняют. В качестве потерпевшего житейское крушение видим мы его в том же горном одиночестве, с которого начиналось действие. Рядом с ним лишь безумная бродячая цыганка.

По воле судьбы именно она видит внутреннее крушение человека, сраженного и растоптанного в верности своим идеалам, человека, у которого из души исчезли всяческая гордость и тщеславие. Цыганка становится свидетельницей неслыханного: Бранд, казавшийся борцом со стальной волей, разражается слезами.

И тут цыганка произносит судьбоносные слова житейской ясновидицы:

О, человек, что ж ты не плакал раньше?

Но потом ее вновь окутывает мрак безумия. Выстрелив из карабина в невидимого врага, она приводит в движение лавину. Бранд, внезапно увидев свою кончину, в последний раз высказывает перед приближающейся лавиной главный вопрос своей судьбы:

         Боже, в миг смерти моей мне открой,
          Значит ли что-то хотя б пред тобой
          Воли людей quantum satis?

          Лавина накрывает его и заполняет собой долину. Среди грохота слышится ответ:

          .Бог, он deus caritatis! (80)

В этих грандиозных драматических образах Генрик Ибсен показал, как может проявить себя одно из качеств, к которым предрасположена душа норвежского народа: склонность к экстремальному, к радикальному. Но в то же время складывается впечатление, что, пока он писал все это из норвежского материала, за спиной его стоял дух времени. Как будто здесь ставились проблемы, касавшиеся всех людей девятнадцатого и следующего за ним веков.

Однако, как почти всегда у Ибсена, в конце одного произведения уже содержится зародыш следующего…

Примечания: 78. quantum satis (лат) – сколько угодно, достаточное количество.
79. conto caritatis (лат.) – список благих дел.
80. deus caritatis (лат.) – Бог милостив.

Метки: Европа, Норвегия, антропософия, национальная психология
Tags: О гении Европы, автор - Хан
Subscribe

promo 3geo october 20, 2014 22:39 42
Buy for 10 tokens
Оригинал взят у ptah57 в Забытый основатель русской геополитики Забытый основатель русской геополитики Одним из забытых политологов, пытающихся заложить эту новую науку в России еще в начале XIX века является А.Е. Вандам. Под странно звучащей европейской фамилией скрывается…
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments